г. Алматы, проспект Абая, д. 15, офис 10, уг. проспекта Достык

Елисеев С.Г. Простой гештальт для непростых клиентов

Опираясь на свой  многолетний опыт работы  с первичным клиентским пространством на территории Казахстана и СНГ, а так же на опыт обширной преподавательской практики в области Гештальт-метода, благо и трудно приобретенный мною и моими коллегами. Смею высказать предположение, что работа с первичным клиентом у многих начинающих  Гештальтистов вызывает серьезные затруднения. В этой статье я попытаюсь раскрыть суть процессов, происходящих в типичном случае между Гештальт терапевтом  с одной стороны и первичным клиентом – с другой. А так же сделаю ряд предложений о том, что необходимо осознавать и учитывать при работе с первичным клиентом для увеличения эффективности этого процесса.

Считаю этот вопрос достаточно важным, так как создание собственного клиентского пространства для начинающих специалистов является животрепещущей задачей, и не успешность в этом на начальных этапах  самостоятельной профессиональной деятельности слишком для многих явилось стимулом к прекращению попыток занять собственное место на рынке психологических услуг, и к   необоснованному снижению значимости Гештальт метода в их глазах.

Основные понятия

Первичный клиент – человек, осознающий свою нужду в психологической помощи,  и при этом либо: а) не имеющий опыта работы с психологом вообще, б) не имеющий опыта работы в Гештальте (или другой технологии специализации терапевта или консультанта), в) клиент имеет опыт в технологии и не знаком с тем, как данная технология работает  для его «новой» темы, которую  клиент только начинает разрабатывать.

Культура технологии – система рабочих интроектов (ценностных представлений, убеждений), которая: а) определяет цели работы и маркирует результат как полезный, бесполезный или вредный для клиента; б) маркирует феномены клиент-терапевтических отношений как полезные (продвигающие), неполезные (не способствующие изменениям) или опасные для клиента; в) маркирует феноменологию клиента для терапевта как «удобную», нейтральную или «неудобную» для работы в выбранной технологии.

Культура получения помощи - система рабочих интроектов (ценностных представлений, убеждений), которая: а) определяет цели работы в сознании клиента в начале работы маркирует предлагаемый ему  результат как полезный, бесполезный или вредный; б) маркирует феномены взаимодействия терапевта с ним (клиентом)  как полезные (продвигающие). Неполезные (не способствующие изменениям) или опасные; в) создает у клиента  первичные представления про технологию как  «удобную», нейтральную или «неудобную» для работы с ним или его темой.

Проблема

1. Простая мысль о том, что основной причиной неустановления качественных клиент-терапевтических или клиент-консультативных отношений (конечно по мимо неквалифицированной работы психологов внутри самой сессии, что не является предметом обсуждения данной статьи)  выступает несовпадение ожиданий клиента и психолога на стадии контрактирования и непроясненность  этого несовпадения вряд ли является новой или может кого-либо удивить. Особенно если у читателя  имеется хоть сколько-нибудь развернутый опыт самостоятельной работы без поддержки супервизора. Однако вызывает удивление (лично у автора этой статьи) сколь мало уделяется внимания прояснению ожиданий, имеющихся в культуре получения помощи конкретного клиента  со стороны начинающих специалистов. При первой встрече с клиентом «кидаются» прояснять все, что угодно: проблемную ситуацию, результат, эмоциональный комфорт клиента, однако забывают спросить – как трактует клиент те действия, которые осуществляет с ним психолог в начальных фазах контакта. По мнению автора, тому есть, по крайней мере, две основные причины:

1. форма обучения психологическим технология (в частности Гештальту), распространенная  у нас в настоящее время ориентирована на приобретение сложных навыков терапевта внутри  замкнутой учебной группы, где вместе с познанием и освоением метода подсознательно или осознанно участниками усваивается и единая культура получения помощи и, следовательно, обсуждать этот вопрос каждый раз не требуется и привычка к этому не вырабатывается (проблема различий  культуры получения помощи у клиента и терапевта внутри учебного процесса уходит  далеко в фон).

2. Психологическая готовность начинающих терапевтов обсуждать с клиентом эффективность собственных действий (особенно когда клиента видишь в первый раз это очень важно) обычно не высока, так как в большинстве еще неустойчивая профессиональная самооценка нуждается в сильной защите и психолог не подвергает ее опасности вопросом к клиенту: «Как вы относитесь к тому, что я делаю, как с вами работаю?; Что вы берете из моих действий для себя?» Лично я (автор статьи) знаю по себе, что в начале своей карьеры мне очень хотелось «поразить клиента внезапно возникшим целостным и глубоким результатом инсайтом, осознаванием». Так, чтобы клиент сказал что-то типа: «Ах, вот к чему все это было! Ну, надо же! А я то и не заметил, как мы пришли к такому полезному осознаванию! Какой вы мудрый терапевт! Незаметно для меня я нашел нечто совершенно новое! Ну, спасибо! Я довольный пошел домой!», - терапевт (про себя): «Клиент уходит  пока я не успел все испортить. Слава богу!»

2. Вторая причина затруднений в применении Гештальт-метода с первичными клиентами, возникающая у начинающих Гештальтистов, на мой взгляд, имеет  гораздо более серьезные основания. Дело в том, что основные полезные идеологемы культуры технологии, заложенные в Гештальт методе, достаточно сильны (оказывают сильное воздействие при их освоении и принятии). Гештальт, при условии соблюдения единства философского методологического, технологического и методического уровней в работе терапевта (консультанта), способен оказать сильное трансформирующее воздействие у наших клиентов, не привыкших к тем взглядам на вещи, которые предлагает Гештальт в своей целостной идеологии, у наших клиентов могут возникать и возникают (порой очень плохо осознанные, однако обоснованные) опасения в «культурной адекватности» для них того опыта, который они  рискуют приобрести в ходе сессии. Для пояснения  последнего тезиса приведу  краткое описание основных идеологем гештальт метода в отличие от более привычной для клиентов идеологии оказания помощи в других профессиях (например, в медицинской) или даже в других  психологических технологиях (например, в Эриксоновском гипнозе).

Несовпадение идеологем

1. Гештальт идеология: стимуляция ответственности клиента за саморегуляцию / Привычная идеология: предложение доверить «себя» специалисту и «ни о чем особенно не беспокоиться».

Почти все мы с детства знакомы с произведение К.И. Чуковского «Доктор Айболит», где в сцене массового излечения зверей в Африке имеются следующие строки: «И всем по порядку дает шоколадку и ставит и ставит им градусники». Строго говоря, ни шоколад, ни градусник не являются средством воздействия на организм пациента для непосредственного увеличения саморегулирующих функций и борьбы с болезнью. Однако (и в этом мы мало себе отдаем отчет) наше детское сознание впитало в себя идею, что любые действия «Доктора Айболита» «магическим способом» ведут к нашему исцелению, и мы с удивлением  и в лучшем случае как к приятной вежливости относимся к пояснениям медика от том, как именно воздействуют выписанные лекарства и процедуры на системы нашего организма. Мы привыкли  оздоравливаться «с закрытыми глазами» – пускай выздоровление идет своим чередом, а я пока отвлекусь чем-нибудь полезным или интересненьким. Какого же вполне понятное удивление клиента Гештальт - терапевта, который узнает, что он (клиент) сам осознанно и со вниманием должен «ковырять» исследовать свои внутренние процессы! Однако только таким способом САМОрегуляция (3), т.е. умение организма регулировать самого себя без  посторонней помощи и  может усиливаться.

2. Гештальт идеология: Диалогическое принятие обратной связи (4) клиентом в целях саморазвития / Привычная идеология: высказывания терапевта о клиенте принимаются последним как команда к действию или оценка его (клиента) личности.

В этом месте мне вспоминается живой пример из моей довольно ранней практики. Я работал  клиентскую группу  в формате Гештальт-терапии в одном из регионов Казахстана, при этом группа (как выяснилось по ходу) «в глаза не видела» не только Гештальт-терапевта, но и психотерапевта вообще. Находясь в слиянии с плохо мною отрефлексированными, но хорошо выученными интроектами по поводу действий Гештальт-терапевта я, как и положено «качественному» Гештальт-терапевту много давал обратных связей участникам группы о том, как они мною воспринимаются и что я про них чувствую и думаю. Какого же было мое удивление, когда ближе к середине группового времени одна из наиболее смелых и бойких участниц, видимо набравшись храбрости, открыто спросила у меня: почему я их третий день постоянно ругаю?! Я помню себя в тот момент! У меня был культурный шок! Я  может быть впервые так ярко понял, что стереотипы восприятия обратной связи  у неподготовленной аудитории могут резко отличаться от моих: они действительно думали, что если я говорю что-то о них, с их точки зрения негативное, то это мое требование к ним быть более качественными участниками группы. Лучше исполнять роль клиентов и т.д., при этом, что делать с позитивными откликами на себя от меня как ведущего они вообще не знали. Я попал с группой в так называемый «натуральный процесс», когда действия терапевта воспринимались не как исследовательские интервенции с целью расширения самопонимания за счет включение в образ ситуации Другого как партнера по диалогу, а как оценки и команды. При чем, безусловно, некорректные, так как не сообщалось: что именно должен сделать участник по-другому и чем он собственно не такой как нужно. Конечно, под этим процессом лежит закономерный перенос на ведущего группы (2) образа родителя и «впадание» группы в некоторую возрастную регрессию, но чтобы выделить этот процесс (перенос) и показать его для осознавания участниками необходимо, чтобы они удерживали в своем сознании цели терапии вообще и в частности цели обратной связи от терапевта: стимулирование их отклика для самонаблюдения. Пока группа  (или индивидуальный клиент) этого не понимает, любая обратная связь будет восприниматься сквозь призму переноса, и интерпретироваться как команда к изменению поведения или как оценка. Неудивительно, что  начинающие Гештальт-терапевты, плохо рефлексирующие различия в культуре приема обратной связи  своей и клиента, начинают «с воодушевлением» пытаться работать с  переносными ожиданиями примерно так. Терапевт: «Вы на меня как-то странно реагируете, воспринимаете мои слова как критику, но я вас не критикую, я даю вам обратную связь о том, как  с вами себя чувствую! Может быть, вы видите во мне кого-то другого, кто вас постоянно критиковал?!»; ответ клиента (без проработки исследовательской позиции клиента в терапии) обычно примерно следующий. Клиент: «Я опять говорю что-то не так! (в отчаянии) «Доктор» я понимаю, что это вы говорите, а не моя мама!»

3. Гештальт идеология: результатом работы является увеличение вариантов выбора активности у клиента / Привычная идеология: результатом работы является ясное понимание клиентом дальнейших практических действий.

Одним из наиболее сильных идеологических постулатов Гештальт метода является, как известно, Теория парадоксальных изменений Арнольда Бейсера (1), гласящая, что наиболее адекватный для организма клиента и новый ответ на влияния среды может быть найден в результате подробного исследования процессов клиента в  «точке трудности» при равном внимании в этом психотерапевтическом исследовании к обеим тенденциям: развивающей активности клиента по удовлетворению фрустрированной потребности с одной стороны и  оснований торможения удовлетворения этой потребности – с другой. Автор данной статьи целиком и полностью разделяет эту точку зрения, однако она далеко не просто встраивается в идеологию первичных клиентов. Ни для кого не секрет, что клиенты обращаются к нам на позитивном переносе с ожиданием от нас если не чуда, то по крайней мере ясных и доступных решений, поэтому оставлять клиента в «точке трудности» как можно дольше (что и приведет в конечном итоге к увеличению  доступных вариантов выбора) довольно трудное и рискованное, на первых порах, занятие. У меня живы в памяти воспоминания об одной из последних перед написанием этой статьи моих работ в качестве терапевта, где клиентка ясно осознавала (в результате сессии) выраженный и довольно мучительный для нее ценностный конфликт на очень значимых для нее содержаниях ее жизни. Мне потребовалось довольно много усилий, чтобы остаться с ней в равном внимании к обеим возможностям и противостоять ее  манипуляциям (конечно бессознательным) с целью «выманить» у терапевта хотя бы слабый намек на маркировку одной ее ценности как более принимаемой или приемлемой для терапевта. Чтобы избежать вмешательства в ее жизненное поле (а оценка ценностей клиента является, безусловно, таким вмешательством) мне потребовалось довольно много доброжелательного объяснения своей позиции как терапевта. Мне необходимо было на фоне выражения понимания ее трудного состояния и значимости внутреннего конфликта, терпеливо объяснять, что я как терапевт не могу и не буду «лезть в ее личную жизнь» (надеюсь, что клиент по достоинству оценила уважение к ее собственным границам). При этом подчеркну еще раз, что такое «невмешательство» требовало от меня как терапевта серьезной личной психологической устойчивости и умения качественно поддерживать клиента в трудных состояниях, одновременно не бросая его и не поддаваясь на скрытые требования большего участия со стороны терапевта.

Выборы терапевта

Все выше изложенные идеологические противоречия  и другие основания, чаще всего приводят к довольно  большому напряжению начинающих Гештальт-терапевтов, которые либо: а) чтобы остаться в приемлемых для них отношениях с первичными клиентами вынуждены сознательно (чаще неосознанно)  «подыгрывать» их (клиентов) идеологическим ожиданиям, б) терапевты удерживают устойчиво (и часто нарочито) идеологию  Гештальт метода и тем самым требуют от клиентов быстрых изменении идеологических установок на работу, что рискованно и часто вообще не доступно для конкретных клиентов. При этом в первом случае, анализируя собственную работу, Начинающий специалист нередко приходит к мнению, что он «не качественный  Гештальт-терапевт», так как не соблюдает идеологические установки собственного метода, а во втором случае, что он слишком опасный, рискованный и малоэффективный терапевт вообще, так как клиенты перегреваются и отношения с ними слишком напряженные.

На этом месте у автора статьи появляется выбор: пойти за своими чувствами (много сочувствия к Гештальт-терапевтам, попадающим в такой конфликт самовосприятия) и дать ряд «ценных советов» по поводу снижения этого напряжения, или остаться в уважении к самостоятельным возможностям  терапевтов (надо заметить в подобный конфликт попадают все терапевты и далеко не только начинающие)  и изложить собственную точку зрения на проблему, оставив таким образом выбор за самими терапевтами. Я выбираю второе (если вы не согласны с моим выбором, мы можем это обсудить).

1. Агрессивность ценностей. С точки зрения автора любые, даже самые замечательные ценности (впрочем, как и любые интроекты) – агрессивны, то есть настойчиво требуют, чтобы реальность происходящего и действия людей подчинялись их (интроектов) воле и логике. В связи с этим Гештальт метод ставит вопрос не об устранении интроектов, а о проверке их обоснованности в каждой конкретной ситуации. До тех пор, пока собственные рабочие интоекты Гештальт-терапевтов не будут ими, как говорят на Гештальт-сленге «пережеваны» (то есть приняты как рабочие инструменты, а не как «статьи уголовного Гештальт кодекса»). Терапевты   всякий раз будут получать негативную оценку собственной работы с первичными клиентами от самих себя в силу объективного противоречия задач указанных выше.

2. Инструментализация  затруднения. Можно создать примерную типологию способов самопредъявлений  первичных клиентов в соотношении с  их идеологемами, которые клиентами удерживаются наиболее прочно. Это позволит Терапевтам яснее  фокусировать то «место», где клиенту будет наиболее сложно принимать Гештальт идеологию и на которое нужно обратить особое внимание. Таким образом, проблему несовпадения идеологий можно перевести на уровень технического обсуждения особенностей клиента, как это делается в любой Гештальт-сессии. Вот приблизительная типология автора (описываю ее в надежде, что читатели выработают свою  или подкорректируют предложенную под себя):

3. Выбор степени открытости терапевта. Очевидно, что как бы не расходились идеологические ценности терапевта и клиента, у терапевта имеется выбор:  насколько активно предъявлять клиенту эти различия или постепенно работать на  усиление контакта и непрозрачно осуществлять интервенции, не объясняя клиенту их идеологическую подоплеку и цели. Это наш выбор и если мы делаем его осознанно, то мы находимся в рамках собственной аутентичной позиции терапевта. По опыту автора это внутренне проще. При этом в заключении хочу сказать, что если мы не научимся спрашивать у клиентов: как они интерпретируют наши действия. Нам будет трудно находить границу нашей открытости и быть осознанными в выборе того, сколько и каких идеологических противоречий можно обсудить с клиентом прямо сейчас.

Елисеев С.Г.

Гештальт-терапевт,

Директор Центрально-Азиатского Филиала МИГИП, тренер МИГИП.

Список использованной литературы:

  1. Бейссер Арнольд. Парадоксальная теория изменений, \ Российский Гештальт. Выпуск 8 (подход ГАТЛА)., под ред. Долгополова Н.Б., Лубяницкой Н.Г. М. 2008. с. 54 – 58
  2. Кочюнас Римас. Психотерапевтические группы: теория и практика, Учеб. пособие. – М.: Академический Проект, 2000. – 240 с.
  3. Резник Роберт. Яд в курином бульоне, \ Российский Гештальт. Выпуск 8 (подход ГАТЛА)., под ред. Долгополова Н.Б., Лубяницкой Н.Г. М. 2008. с. 119 – 122
  4. Хикнер Рик. Диалогическая основа, \ Российский Гештальт. Выпуск 8 (подход ГАТЛА)., под ред. Долгополова Н.Б., Лубяницкой Н.Г. М. 2008. с. 35 - 54.